лалла рук

Ответ от Rjnjdccrbq[гуру]
Гений чистой красоты
Из стихотворения «Лалла рук» (1821) поэта Василия Андреевича Жуковского (1783-1852):
Ах! не с нами обитает
Гений чистой красоты;
Лишь порой он навещает
Нас с небесной красоты
Он поспешен, как мечтанье,
Как воздушный утра сон
Но в святом воспоминанье
Не разлучен с сердцем он.
Спустя четыре года Пушкин использует это выражение в своем стихотворении «Я помню чудное мгновенье... » (1825), благодаря которому слова «гений чистой красоты» и станут популярными. В своих прижизненных изданиях поэт неизменно выделял эту строчку Жуковского курсивом, что по обычаям того времени значило, что речь идет о цитате. Но позднее такую практику оставили, и в итоге это выражение стало считаться пушкинской поэтической находкой.
Иносказательно о воплощении идеала женской красоты.
Строчка «Гений чистой красоты» всем гораздо лучше известна как пушкинская: это сравнение применено к А. П. Керн в его знаменитом послании «К***» («Я помню чудное мгновенье...» , 1824).
Однако знатокам творчества Жуковского ясно, что Пушкин воспользовался выражением Жуковского, а заодно и его понятием промелькнувшего Гения, с которым он и сравнивает объект своего послания.
Источником для Пушкина не могли быть эти два стихотворения Жуковского: они еще тогда не были напечатаны, — но могла стать статья Жуковского «Рафаэлева Мадонна» , опубликованная в «Полярной Звезде» на 1824 год и включающая в себя выделенный курсивом стих: Гений чистой красоты, предшествующий автоцитате из стихотворения «Лалла Рук» . Пушкин вообще не одобрял сам факт обращения Жуковского к поэзии Т. Мура. «Жуковский меня бесит, — писал он Вяземскому 2 янв. 1822 г. , — что ему понравилось в этом Муре? Чопорном подражателе безобразному восточному воображению? Вся Лалла Рук не стоит десяти строчек Тристрама Шанди <...>». Однако в его черновиках сохранился конспект начала 1820-х годов вышеприведенной записи Жуковского по поводу афоризма Руссо с цитатой из «Лалла Рук» . Это еще раз доказывает, что стихотворение было ему известно еще до его первой публикации в 1827 г. Об этом же свидетельствует и черновая строфа 8-й главы «Евгения Онегина» : И в зале яркой и богатой, Когда в умолкший тесный круг,
Подобна лилии крылатой,
Колеблясь входит Лалла Рук
И над поникшею толпою
Сияет царственной главою.. .
XLV строфа 6-й главы окончательного текста романа (август 1826):
Но так и быть: простимся дружно,
О юность легкая моя! <...>
Благодарю тебя, тобою,
Среди тревог и в тишине
Я насладился.. .и вполне.. .—
содержит реминисценцию из «Лалла Рук» , ср. : «Я тобою насладился // На минуту, но вполне» . «Письмо Татьяны к Онегину» со строчками: «Улыбку уст, движенье глаз // Ловить влюбленными глазами, » — отсылает уже к «Явлению поэзии в виде Лалла Рук» , ср. там: «Улыбка уст, лица движенье» . А наивный вопрос Татьяны «Кто ты, мой ангел ли хранитель» не напоминает ли «Мой друг, хранитель-ангел мой» Жуковского? А сам образ Татьяны Лариной на схож ли с образом Маши Протасовой? П. Н. Сакулин, тщательно изучивший по письмам личность М. А. Протасовой, пришел к выводу, что очень даже похож: тот же круг чтения, есть близость в характере и в судьбе. Современный исследователь полагает, что и реальная Маша Протасова, и выдуманная пушкинская Татьяна представляют собой единый культурный тип эпохи.
Источник: