петуха

Ответ от Белоснежка[гуру]
В основе мифологического образа Петуха во многих традциях – его связь с солнцем.
Как и солнце, Петух «отсчитывает» время (ср. «первые петухи» , «третьи петухи» , до «петухов» и т. п.) .
Австралийские аборигены иногда обозначают Петуха как «птицу, которая смеётся на рассвете» ; ср. также русские загадки типа «Не часы, а время сказывает» , «не сторож, а всех рано будит» и т. п.
В большинстве традиций Петух связан с божествами утренней зари и солнца, небесного огня — хотя в целом функции богов, которым посвящается Петуху (Аполлон, Митра, Ахурамазда, Аматэрасу, а так-же Гермес или Меркурий, Асклепий, Марс и др.) , существенно шире.
Петух не только возвещает о начале дня (во многих традициях он выступает как глашатай солнца, света, ср. франц. название Петуха, букв. «поющий рассвет») , но и является проводником солнца как в его годовом, так и суточ-ном циклах.
В Китае Петух «сопровождает» солнце на его пути через десятый «дом» китайского зодиака (Козерог) и через пятый — седьмой часы пополудни.
У древних евреев Петух — символ третьей стражи ночи — от полночи до рассвета. Петух так же бдителен и всевидящ, как и солнце.
Отсюда широкое использование Петуха в гаданиях, предсказаниях погоды в Древнем Риме.
Изображение Петуха-стража помещали на крышах домов, шестах, шпилях, флю-герах, а также на ларцах, сундуках, реликвариях.
В Китае красный Петух изображается на стенах дома как талисман против огня. Мотив Петуха, разгоняющего своим криком нечистую силу и отпугивающего мертвецов, образует кульминацию в особом типе сказок, постоянен в быличках.
Но Петух не только связан с солнцем, подобен ему: он сам земной образ, зооморфная трансформация небесного огня — солнца.
С Петухом связывается и символика воскресения из мёртвых, вечного возрождения жизни.
В этом контексте возможно объяснение изображения Петуха, помещаемого иногда на могилах, на кресте, камне и т. п. , нередко в чередовании с изображением солнца; ср. также символические изображения солнца в виде Петуха в круге или рассвета, иногда молнии в виде петушиного гребешка (в этом ряду стоит и обычай древних римлян жертвовать ларам петушиные гребешки) .
Некоторые данные позволяют соотнести жертвоприношение Петуха (в тех ритуальных традициях, где на это не существует запрета, именно Петух преимущественно используется для этой цели) с его солнечной, огненной природой. В древнерусском Слове некоего христолюбца» (окончательная редакция) осуждаются существовавшие уже после введения христианства языческие обряды, когда «... коуры ръжють; и огневи молять же ся, зову-щие его сварожичьмь» (др. -рус. куръ, «петух») .
Во многих случаях отчётливо прослеживается связь между жертвоприношением Петуха и добыванием огня, его возжиганием (ср. , например, латышские и русские данные о жертвоприношении Петуха для умилостивления гуменника-овинника, в ведении которого находится огонь под овином) .
Подобно солнцу, Петух связан и с подземным миром.
В Древней Греции Петух, несомненно, выступал и как хтоническая птица; он был посвящён Асклепию как образ целительной смерти-возрождения.
Вместе с тем оказывается функционально значимым противопоставление петухов по цвету: если светлый, красный Петух связывается с солнцем, огнём, то чёрный Петух — с водой, подземным царством (ср. ритуальное зарывание Петуха в землю) и символизирует смерть, божий суд, зло.
Так, Козьма Пражский в «Чешской хронике» (11—12 вв. ) сообщает об обычае ходить к источникам и удушать чёрных Петухов и чёрных кур с одновременным призыванием дьявола; ещё в 19 в. удерживался обычай топить Петухов и кур в водоёмах в день святого Фейта.
Известны также русский обряд принесения в жертву водяному черного Петуха, зарываемого живьём в землю, и обычай держать при водяных мельницах чёрных Петухов и других животных (напр. , кошек) чёрной масти, этот цвет считался особенно любезным духу воды.